Опера Пуленка “Диалоги кармелиток” в Брюсселе

8-23 декабря 2017Théâtre La Monnaie, Bruxelles
К завершению года Брюссельский Ла Монне представил оперу Пуленка «Диалоги кармелиток», ту самую, которая не появлялась на сцене театра 58 лет. Нынешняя постановка, созданная известным французским режиссером Оливье Пи в 2013 году для Парижского театра Елисейский Полей ( Théâtre des Champs-Elysées), перенесена в Брюссель почти без изменений, кроме нескольких замен среди солистов. За дирижерским пультом вместо Джереми Рорера встал музыкальный руководитель Ла Монне маэстро Алэн Антиноглу. Нужно заметить, что за прошедшие четыре года постановка Оливье Пи (Grand Prix французского Синдиката музыкальных критиков за лучший оперный спектакль сезона 2013-2014) не утратила  интенсивности и пронзительного трагического настроения. Запись спектакля La Monnaie будет доступна с 10 по 30 января 2018 

      Опера рассказывает об одном эпизоде, случившемся во Франции во время Французской революции за 10 дней до падения Робеспьера и свержения якобинского правительства. Речь идет о казни монахинь ордена Кармеля- кармелиток, проживавших в Компьене. Впервые опера была поставлена в 1957 году в Ла Скала, хотя авторы – либреттист и композитор- французы. Но в Париже сложно представлять спектакль о преступлениях, совершенных во времена якобинской диктатуры. Французы не любят, когда кто- то пытается навести тень на их святой символ- революцию. Потому премьера состоялась в Италии, и после большого успеха Париж все же осмелился ее показать в том же 1957 году, спустя несколько месяцев после итальянской премьеры. А в 1959 году, через два года после мировой премьеры, шедевр Пуленка был представлен в Брюсселе. С тех пор опера регулярно появляется на главных оперных сценах мира. Мы увидели очень сильную и строгую постановку, в полном соответствии с музыкой и либретто. Режиссер не стал ничего сочинять, изобретать взаимоотношения, дополнять авторский текст домыслами. Он просто следовал либретто, написанного композитором по тексту пьесы Жоржа Бернаноса, перенеся на сцену действующих лиц оперы – монахинь ордена Кармель. Молодые, немолодые, совсем юные, они создали свою общность и поклялись в ней остаться, несмотря ни на что, главное- не отказываясь от своих религиозных убеждений. Даже от своей монашеской одежды. Они дали обет, и они остались верны Богу. Образ Бланш раскрывается наиболее полно и суммирует общие настроения кармелиток. Очевидно, они все прошли через колебания, придя к добровольному отказу от жизненных благ, семьи, им всем свойственно чувство страха. Но став монахинями, они приняли другую реальность. Теперь у них иное существование- они все сестры. А настоятельница –их мать. И всех следует любить как будто они родные по крови. Потому они спокойно принесли обет мученичества. Бланш- самая юная, пришедшая последней в монастырь. Упорядоченная монашеская жизнь привлекла ее своей простотой и правилами. Выучив правила, выполняя их, она надеялась найти гармонию в жизни и скрыться от преследовавшего ее страха. Но пришли якобинцы и закрыли монастырь. Она скрывается, не найдя мужества принять обет мученичества. В либретто подробно переданы ее колебания, страх, ужас смерти, отказ от героизма. Но в конце концов она преодолевает свои колебания и возвращается в общину, не в силах унизить свой образ, каким ее видят сестры.


        Опера «Диалоги кармелиток» состоит из трех актов и 12 картин, соединенных музыкальными антрактами. Сценограф и художник по костюмам Пьер-Андре Вейц – постоянный соавтор всех спектаклей Оливье Пи, выдержал всю мизансцену в одной цветовой гамме, которая варьируется от темно серой до ослепительно белой, и это создало единство спектакля. Других цветов практически нет. Даже деревья в монастырском саду, даже библиотека в доме Бланш соответствуют этой цветовой гамме. Костюмы протагонистов: белые одеяния двух послушниц, черные плащи сестер, жемчужно серые сюртуки отца Бланш, маркиза де ла Форс и брата, шевалье де ла Форса, не нарушают эту логику. В постановке использованы движущиеся панно, которые сходятся и расходятся, создавая сплошное замкнутое пространство, либо выгораживая отдельные помещения. Единственная сцена, которая была выполнена иначе – агония и смерть настоятельницы. На сцене представлена ослепительно белая кровать, в которой мучается настоятельница. Оказывается, что она, которая всю жизнь готовилась к встрече со Всевышним, когда этот момент настал, не готова. Как не готова она перейти в иной мир. Зрителям предложен вид сверху, как будто через камеру, установленную на потолке. Две монахини в смятении слушают яростные речи настоятельницы. Заключительная сцена- одна из самых драматичных а истории мировых опер. Бланш оказывается на площади Революции в момент казни сестер. Никакой гильотины, палачей или толпы. Выстроившиеся в ряд монахини поют «Salve Reginа» a capella, после каждого удара топора хор уменьшается на один голос, пока не остается Констанс. Она успевает увидеть Бланш, прежде чем ее голос замолкает. Все происходит на фоне темного неба, на котором сияют звезды, и, кажется, что монахини подымаются к ним. Голос Бланш завершает ‘Salve Regina, mater misericordiae’. Звук глухого удара. Молчание.

 
         Со сцены звучит обычный язык каждодневного общения, простой, трогательный в своей простоте, но за обыденными словами и предложениями скрываются высокие чувства, духовность этих сестер, их естественная готовность к подвигу, который им совсем не кажется подвигом, просто они остаются верными данной присяге- обету. И друг другу. Именно об том- верности обету и друг другу и есть опера. И еще- о страхе, о вариантах его преодоления либо в миру, либо за монастырскими стенами.
         Оркестр под управлением Алэна Антиноглу прекрасно исполнил сложную партитуру Пуленка, передав драматизм режиссуры, подчеркивая трагичность главных сцен и лиризм дуэтов кармелиток. Замечательно звучали группы инструментов, особенно струнных. Партитура многообразная, в ней камерные хоры, дуэты, речитативы, латинские песнопения и пение а capella, и оркестр элегантно все это сопровождал. Естественность, отсутствие театральности, духовная напряженность постановки нашли выражение в оркестре. Ни разу оркестр не заглушил нежные высокие женские голоса. Среди исполнителей особо стоит отметить Патрицию Петибон, исполнительницу роли Бланш. Чистое лирическое сопрано певицы вместе с драматическим талантом создали хрупкий образ трагической героины. Ее дуэты с сестрой Констанцией оставались особняком в жестоком мире.  Роль мадам де Круасси исполнила Сильви Брюне-Группозо. Ее трудная многоплановая роль с труднейшей вокальной партией была исполнена с выдающимся драматизмом. Роль второй настоятельницы мадам Лидуан исполнила Вероник Женс. Несмотря на ее прекрасное вокальное исполнение холодность и недостаточная увлеченность образом своей героини не захватили слушателей. Мужские роли все были прекрасно исполнены, особенно поразил сильный тенор с красивым тембром Станислаca де Барбейрака, исполнившего партию шевалье де ла Форса.
          Иногда оркестр под управлением Алэна Антиноглу звучал излишне громко, как будто дирижер хотел заставить зрителей снова и снова прочувствовать трагедию. И верно, словами ее не объяснить, а музыкой можно. Но за громкостью терялась интимность и прятались чувства испуганных девушек. Конечно, им было страшно, но композитор показывает, как они преодолевали страх, как убеждения и верность друг другу оказались сильнее страха.
Постановка оставила сильное впечатление, даже слишком сильное, и создала совсем не предрождественское настроение. Лучше было бы услышать эту оперу перед Пасхой, а перед Рождеством насладиться Оффенбахом или Кальманом

Crédit photo: © Baus