Знакомьтесь, Кантемир Балагов: к выходу во французский прокат фильма “Теснота”

7 марта на французские экраны выходит фильм “Теснота” Кантемира Балагова, Приз  международной критики FIPRESСI 70-го Каннского фестиваля, Приз за лучший дебют российского кинофестиваля Кинотавр. Но для нас это особенное событие, потому что  эту картину выпускника мастерской Александра Сокурова в Кабардино-Балкарии первым открыл наш автор, кинокритик Игорь Гуськов. И предложил в Каннскую Программу “Двухнедельник режиссеров”, где в последние годы он был отборщиком по России и странам Восточной Европы. Но в последний момент карты перемешались, и в результате “Теснота”  попала в более престижный конкурс “Особый взгляд”. Игорь узнал об этом только на апрельской  пресс-конференции, когда Тьерри Фремо объявил программу, переживал это предательство проюсеров очень бурно, можно сказать, что эта история заставила его тогда  сильно страдать.  Сейчас я думаю, что доживи он до сегодняшнего дня, был бы страшно рад за Кантемира. 

          26 -летний ученик Сокурова Кантемир Балагов сделал фильм от первого лица:  в основе сценария его собственная  любовная история с девушкой из еврейской общины Северного Кавказа, семья которой воспрепятствовала продолжению их отношений.  Картину зачинает закадровый голоса самого режиссера, “меня зовут Кантемир Балагов”. Хотя довольно скоро становится понятно, что он снимает не частную историю, а  притчу – о том, что такое свои и чужие, о том, как тягостна любая очень сильная этническая завязка. Как она затягивает, как хочется из этой тесноты вырваться на свободу, избавиться, как в случае с главной героиней  фильма, Иланой. И одновременно есть в ней особая энергия, очень сильно притягивающая. Семья-хранительница и охранительница, и она же – тюрьма. ” Меня интересовали все формы тесноты, – говорит Балагов, – когда не хватает места для близкого человека, когда все пространство заполнено только собой, и теснота территориальная, когда нескольким народам тесно внутри одной территории, и теснота традиций, теснота внутренних рамок, менталитета”. Ощущение тесноты  передано в кадре почти физически, к тому же Балагов постоянно сужает изображение. И только в финале  появляется особый первозданный пейзаж гор и небо, словно пространство расширяется из тесноты – на простор мира. 

       В первых кадрах фильма подробно показанная еврейская свадьба в Нальчике, во время которой местные кабардинцы похищают  жениха и невесту. А потом требуют за них выкуп.  Хотя само похищение в сущности  не интересует Балагова, оно рассматривается как повод, чтобы показать отношения в семье и в общине перед лицом опасности, а все действие крутится вокруг сестры похищенного, Иланы,  – эту роль очень мощно сыграла молодая выпускница Школы-Студии МХАТ Дарья Жовнер, которую французские критики  тутже стали сравнивать с  Сигурни Уивер. Илана – странная, лишена начисто навыков к традиционному быту, куда тянет ее мать, и вообще женского кокетства – почти не вылезает из рабочего комбинезона, больше всего  любит возиться с машинами в отцовской автомастерской. Той самой, с которой все-таки придется расстаться, чтобы внести выкуп  за брата.  Илана мечется между семьей, где ей тесно и душно, но это свои,  и возлюбленным -кабардинцем, чужим. Фоном к фильму служит чеченская война 1998 года, которая совсем рядом, ее отголоски  ощутимы не только в довольно жесткой, не сентиментальной интонации, но и очень конкретно: одна из из самых шоковых сцен “Тесноты”- длительный эпизод просмотра молодыми кавказцами реальных записей  диких  убийств российских солдат чеченскими боевиками. Сцена по настоящему шокирующая, потому что видно, как эти мальчики  упиваются  садизмом  националистов  из соседней республики. Наверное, это единственный упрек, который все-таки можно сделать Балагову, хотя он  и настаивает, что это исторический контекст эпохи. В самой логике фильма этот эпизод служит  для Иланы детонатором,  после которого, вероятно, и начинается ее мучительное возращение обратно, к своим. А мостиком служит сцена  тусовки в дискотеке –  срыв, он же отпад, переданый через абсолютно сумасшедший  монтаж. 

          В целом, картина Кантемира Балагова была высоко оценена в Каннах, и если бы не эта сцена с  видеозаписью,  которую многие, в том числе и члены жюри, расценивали  как что-то недопустимое, возможно могла бы получить еще и Золотую камеру за Лучший дебют. 

Отрывки с пресс-конференции с  Кантемиром Балаговым в российском павильоне в Каннах.