Спас ли Лоэнгрин Брабант? Новая постановка оперы Вагнера в Антверпене

 20 сентября-23 октября 2018Opera Vlaanderen, Antwerpen/Gent

7 октября 2018 года в Антверпене состоялась премьера оперы Вагнера «Лоэнгрин» в постановке известного американского режиссера Дэвида Олдена. Олден назвал «Лоэнгрин» сказкой для взрослых. Конечно, тут есть  сказочные  элементы, как например появление волшебного лебедя и могущественного рыцаря, но в каждой сказке есть доля правды.  Именно это  режиссер решил  выявить. Он сознательно уменьшил сказочность, превратив оперу в ссору между родственниками и выделив человеческие черты героев: зависть, ревность, наивность, граничащую с глупостью. В основе конфликта, как часто случается, была борьба за власть, и естественно победу должны были одержать самые сильные, а не самые правые. Но вмешался таинственный рыцарь. Можно было бы считать, что у сказки счастливый конец. Хотя и не такой, каким обычно наделяются сказки. Нет у героев ни счастливой свадьбы, ни долгой совместной жизни и смерти в один день. Да и для жителей Брабанта  по версии Олдена все заканчивается по меньшей мере двусмысленно.

“Лоэнгрин”- первая опера Вагнера,  для которой он написал собственное либретто, взяв за основу  средневековые мифы. В Х веке во времена правления брабантских герцогов таинственный рыцарь Лоэнгрин, услышав зов о помощи невинно обвиненной девушки Эльзы, приплыл на берега Шельды в Антверпен. В этом герцогстве  не все благополучно. Опера начинается с момента появления в Антверпене германского короля Генриха, который собирался просить помощи у своих вассалов для войны с могущественным соседом на Востоке, но они ничего не могли ему предложить. Герцогство разъедала смута. Героиню Эльзу осудили за колдовство и собирались казнить, и появление Лоэнгрина пришлось очень кстати. Она спасена, а вот действие только начинается.

Режиссер подчеркнул неблагополучное состояние герцогства и  беспомощность короля. Первый акт король проводит на авансцене, завернувшись в свою мантию и лежа на полу. Двор замка на первый взгляд представляется тюремным двором (сценограф Пол Стейнберг),  и по  нему прогуливаются узники, вернее жители Брабанта, которые кажутся узниками. Некоторые толпятся на этажах у окон, наблюдая за предстоящей казнью Эльзы. На сцене открывается крышка люка, и героиня выползает из подполья.В оборванной грязной одежде со спутанными волосами, она совсем не выглядит наследницей своего отца герцога Брабантского (художник  по костюмам Гидеон Дэви). Ее подымают, завязывают ей глаза и приставляют к каменной стене. На нее нацелены ружья стражей. Всполохи света возвещают о появлении лебедя и Лоэнгрина. В этот самый драматический момент оперы  жители спускаются с балконов, окружают Эльзу и ее спасителя. Звучит чудесный триумфальный хор. Жители надеются, что Лоэнгрин – спаситель не только для Эльзы, но и для них. Режиссер показал общество герцогства Брабантского на грани распада. Ссора между родственниками зашла слишком далеко, и  только чудо может принести спасение. Половина общества на стороне Эльзы, вторая  половина на стороне Тельрамунда. Особое внимание  режиссер обратил на характеры, именно они являются мотором действия, а не мистицизм и колдовство. Режиссер показал Тельрамунда и его жену Ортруду  как идеальных злодеев, готовых на все, чтобы добиться своей цели. 

Брабант до появления Лоэнгрина, и Брабант после появления Лоэнгрина- два разных мира. Различия  касаются костюмов, вооружения, общей  атмосферы (совместная работа сценографа и художника по костюмам превратили спектакль в праздник) и трактовки самих образов. Удивительное изменение происходит с королем. В последнем акте он уже выглядит как полководец, в короне и в шинели, готовый возглавить свое войско. Лоэнгрин появляется в белом современном костюме, в отличие от жителей Брабанта, одетых во что-то темное, неприглядное и  не поддающееся описанию: все они бедны и запуганы.  В заключительной сцене солдаты Брабанта  одеты в шинели и каски предвоенных  1930-х годов.  Над сценой реют знамена с изображением белого лебедя, стилизованного под свастику. Как если бы кризис в герцогстве Брабантском ассоциировался с разоренной Германией 20-х на смену которой пришла, “спасенная” Лоэнгрином,  новая мощная нация под стягами с лебединой свастикой:  немцы-брабанцы почувствовали свою силу. король стал сильнее, вернее, Лоэнгрин сделал его сильным. Что он будет дальше с его силой, другой вопрос. (Впрочем, с точностью трактовку расшифровать сложно, в замысле режиссера  много несуразностей, на которые неприминули обратить внимание все бельгийские рецензенты). 

Если Эльза после появления рыцаря выглядела счастливой тем, что  ее невинность была доказана, то в последнем акте она предстает  нерешительной,  недоверчивой, уж точно не ровней Лоэнгрину. Она не выдержала испытания, отступилась от своего обещания, и понесла заслуженную кару, но теперь уже  по собственной вине.  Опера заканчивается появлением Готфрида. Стоит ли читать это как обещание спокойной жизни Брабантского герцогства? Не надо идти в поход за тридевять земель, достаточно навести порядок дома.  Так мне бы хотелось понимать постановку американского режиссера. 

Оркестром Фламандской оперы дирижировал аргентинский маэстро Алехо Перез, который со следующего сезона станет  музыкальным руководителем оркестра театра. Он подчеркнул   протяженные романтические мелодии, исключительные по красоте дуэты Эльзы и Лоэнгрина, и не поскупился на тутти в драматических сценах. 

Среди солистов нужно выделить Зорана Тодоровича, сербско- немецкого тенора, который считается одним из лучших Лоэнгринов в мире. Сильный тенор с богатыми обертонами, актерское мастерство и уверенное исполнение сделали образ рыцаря очень притягательным.  Партию Эльзы исполнила латвийская певица Льене Кинка (Liene Kinca), ее гибкое сопрано передало эмоционально насыщенный образ героини.  Шведское сопрано Ирен Теорин исполнила партию Ортруды, внеся в нее сексуальность, подчеркнув сильный характер и одержимость Ортруды.  Партию ее мужа Тельрамунда исполнил  американский бас- баритон Крэг Колклу. Удачное сочетание актерского мастерства, объемного  голоса с красивым тембром сделали этого героя запоминающимся злодеем.

Мне интересен еще один момент. Обычно говорят, что на пессимистичный финал оперы повлияло настроение Вагнера после поражение Дрезденской революции в 1848 году, в которой он принимал участие. Мне кажется, опера завершается предостережением композитора своим сородичам «не ходить на Восток».  Так что обвинения Вагнера в прославлении пангерманизма не совсем справедливы. Он его прославил, он же ему предрек поражение и предостерег будущих завоевателей.

Crédit photo: Opera Vlaanderen