Без барабанов, но блестяще- новый опус Самюэля Ашаша в Авиньоне

7-26 июля 2022 Festival d’Avignon; 1-11декабря 2022 Théâtre Gérard Philippe/Festival d’Automne à Paris

«Без барабана»/Sans tambour (часть идиомы «Без труб и барабанов») – завораживающий спектакль Cамюэля Ашаша/Samuel Achache и его банды виртуозных певцов-актеров-музыкантов из кампании la Sourde (2021), по сути, тот же состав, что присутствовал в труппе La Vie brève, которой он руководил в дуэте с Жанной Кандель/Jeanne Candel, а потом они вместе возглавили в 2019 театр Aquarium в Катрушри. Теперь их дуэт распался, каждый идет своей дорогой. Как ни странно, темой новой работы Ашаша стало как раз разрушение Дома, супружеской пары, конца любви как крушения мира. И лейтмотивом, присказка одного из героев, «Мир разрушил нас, мы разрушим мир». Ашаш, уже без Кандель, продолжает работать над тем же экспериментальным жанром, который можно назвать « театр музыки » (не путать с традиционным музыкальным театром), где вся звуковая партитура вступаeт в новые отношения с драматургией спектакля, а традиционный высокий оперный жанр переосмысливается через абсурдистские бурлескные игры («Крокодил Обманщик» по Перселлу, «Орфео Монтеверди» и др).

На сцене Cloître des Carmes – двухъярусная конструкция, своего рода разрез дома, сколоченного на скорую руку. Здесь впрочем, мы будем присутствовать при его разрушении — справа субъект в тренировочном костюме начнет спектакль с выбивания стен. Тогда как слева пристроился маленький оркестрик – виолончель, кларнет, аккордеон и саксофон, и дирижер заводит пластинку на воображаемом проигрывателе. Пластинку заело, и в партитуру вступает оперная певица (сопрано Agathe Peyrat)— но ее голос начинает спотыкаться, точь-в точь как заезженная пластинка. Потом в свою очередь расстраиваются инструменты у музыкантов, тогда как над сценой парит подвешенное к колосникам чокнутое пианино из фанеры — в дальнейшем сюжет для гэгов и смешных бурлескных трюков.

Так задается сдвинутая атмосфера, включаюшая в себя и мелодии из песенного цикла Роберта Шумана – музыкальной основы спектакля.. Как всегда у Ашаша, основной способ существования на сцене – импровизация, близкая джазовой.

Справа в кухне мужчина упорно разгребает горы грязной посуды. Тогда как сидящая у стола женщина (Сара Ле Пикар/Sarah Le Picard) упрекает его в отсуствии поэтических чувств и романтических взлетов, он возврашает все к проблемам быта -счета, квартплатa, засоренная раковинa и что там еще, «любовь разбилась о лодку быта». Супружеские разборки варьируются с фрагментами смешных и абсурдных гэков «потерянных людей», с отчаянием празднующих крушение устоев своего мирка и мира. И все окрашено неизменной нежностью авторов к своим героям (и, конечно, героиням) – неудачникам и грустным клоунам.

Феноменальный Лео-Антонен Лютинье/Leo- Antonin Lutinier – трагикомический клоун и контратенор, он же Тристан -воображаемый идеальный возлюбленный главной героини, который встретит в клинике, где лечат любовные раны (погружая в чан, переполненный собственными слезами) покинутого мужа, который представляется «Королем неудачников» (О, этот неотразимый абсурдистский юмор актера Лионеля Драя/Lionel Dray). В бурлескную интерпретацию любовного отчаяния во второй части неожиданно включается настоящая лирическая история страсти Тристана и Изольды, но без патетики, как будто это опера Вагнера спущенная с котурнов до нас, сегодняшних. Встречи, невозможность расставания, вырванные на ходу объятия в местах самых не романтических – на лестницах, кухне, в кабинке душа. Вплоть до потрясающей сцены после смерти Тристана, когда вторая Изольда, Белорукая, исполняя свою прощальную арию ( все та же Agathe Peyrat) в отчаянии войдет прямо в парадном королевском платье под душ, и вода «разденет» ее до полной наготы.

В финале спектакля, условному Тристану, чтобы вырвать любовь, делают операцию лоботомии, но вместо обезболивающего пациенту предлагают своего рода наркоз сознания- исполнение мелодии Шумана, как восхождение к высшей радости и свету. А зрителей оставляя наедине с  печалью и разрушенным домом, открытым всем ветрам.

Crédit photo: Christophe Reynaud de Lage