Театральная эпопея- очень модный бренд

10 сентября-16 октября 2016Odéon-Théâtre de l’Europe (Ateliers Berthier)

В Парижском Одеоне-театре Европы Жюльен Госслен и его постоянная труппа (см о них в архиве), базирующиеся сегодня в театре Phénix Валенсьенна, играют  11-часовой спектакль « 2666 », показанный этим летом на Авиньонском фестивале, где он, несмотря на длительность, пользовался большим зрительским успехом. Это довольно верная и подробная адаптация  одноименного романа-эпопеи чилийского писателя Роберто Боланьо (1953-2003). bolano2666

        Роман (так же, как и спектакль), состоит из пяти частей, по сути пяти разных книг, условно соединенных сквозным сюжетом: четверо литературных критиков-европейцев в поисках таинственного писателя по имени фон Арчимбольди, сочинения  которого определили их жизнь, причем не только профессиональную, но и частную. Первая часть –сложный любовный  квадрат, психологический триллер, вторая – запутанная история профессора – эмигранта, потом героем становится приехавший в Мексику репортер из Нью-Йорка, но все дороги трех частей ведут в Санта-Терезу, где страшно погибают при таинственных обстоятельствах тысячи женщин.  Городу преступлений посвящена четвертая часть, а в пятой в Санта- Терезе мы встретим и самого Арчимбольди.  Автор  смешивает разные жанры  и разные сюжеты таким образом, что роман, по мнению критиков, больше напоминает серию несвязанных  блестящих джазовых импровизаций. Госслен тоже отталкивается  от этого определения, синтезируя на сцене разные фокусы познания реальности, всегда расколотой: застекленные кубы с элементами интерьера (сценограф Убер Колас), меняя конфигурацию, позволяют передать бесконечно меняющиеся места действия романа. Великолепная игра актеров поддерживается напряженной минималистской музыкой, создающей  ощущение постоянного эмоционального напряжения. Но главное, чтобы передать  странных персонажей Боланьо, режиссер придумывает сложную смесь театра и кино:  мы то видим действие на сцене, то оно отодвигается вне поля зрения, за кадр, но зато остается  в фокусе камеры оператора, следящего за персонажами, и открывается нам в черно-белых крупных планах на экране. И это не просто растиражированный сегодня в театре прием, но настоящее кино: почти бергмановские психологические портреты. Госслен использует  также  заранее заснятые эпизоды, вроде камео с Венсаном Макенем в роли поэта-мексикансца, разрывающие нарратив рассказа. Название 2666 -переход в 21 век и число Зверя, отсылают к апокалиптическому  образу вселенского кладбища будущего, упомянутого в другом романе Боланьо. 

 Информация на сайте